m r o m m . c o m                    Стихотворения_и_поэмы

Марина Генчикмахер

Поэзия второго периода

 

Марина Генчикмахер (Лос-Анджелес, Калифорния)

 

mromm.com

Содержание                                 

Как жуток открытый космоc. 1

Исход.. 2

Хочется нового в голову лезут штампы... 2

Маме. 3

Родителям... 3

Робику.. 4

Воистину хляби разверзлись над городом нашим... 4

А. Быстрицкому.. 5

 

Как жуток открытый космоc

***

Как жуток открытый космоc
Как холодно в вышине!
Еще в зеркалах мой образ
Не меркнет, не гаснет, не

А губы в тоске немеют,
И путанный скомкан стих
Насколько же мы сильнее
Прожитых страстей своих!

Насколько мы глубже, ярче
Написанных нами строк!
И как он понятен, мальчик,
Поверивший, что он бог,

Шептавший в потемках сада,
Скрывая предсмертный страх:
Не надо, Отче, не надо!,
А чаша уже в руках

 

К содержанию           |          Все поэты

 

Исход

 

Бархан за барханом. За сроком кончается срок.

Бессрочны лишенья. Бессрочны пески и пустыня.

Куда он ведет нас, безумный, гневливый пророк,

С цепями порвавший кормившую нас пуповину?

Мы сами безумцы. Мы сами пророку под стать.

Какую свободу мы в землях неведомых ищем?

Мы сделали выбор. Нам не на что больше роптать.

Какие дворцы нам заменят родные жилища?

Мы сделали выбор. Мы бросили вызов судьбе.

Столетье сменяет столетье, - евреи уходят.

Но как ты уйдешь от Египта, который в тебе,

Стал голосом памяти, формулой крови и плоти?

Колеса скрипят и надрывно кричат поезда.

Небесную ткань прорывают кресты самолетов.

Бессрочно над миром пульсирует болью звезда,

А сердце сжимает тоской безысходность исхода

 

К содержанию           |          Все поэты

Хочется нового в голову лезут штампы

***

Хочется нового в голову лезут штампы;

Вечно лазурное небо, чужие флаги.

У поцелуев, доставленных мне почтамтом

Вкус отчужденной сухости и бумаги.

Новая жизнь..Мудрено ли? Душа в мозолях.

Быт, словно обувь, пошитая без примерки.

Прошлое призрак, но голос его назойлив.

Прошлое издали кажется фейерверком.

Там и слова и слава в едином сплаве

Вечностью дышат, сердца и светила движут

Как не припомнить поверившей злой отраве

И улетевшей к призракам из Парижа?

Чтоб на земле, не такой как была когда-то,

Вдруг ощутить, что рябина ей не поможет:

Родины нет, к ней и к юности нет возврата.

Смерть и бессмертие это одно и тоже.

 

К содержанию           |          Все поэты

 

Маме

 

Ох, еврейское счастье! Хоть смейся с тобой, хоть плачь!

Всё труды, да заботы, да нервы о судьбах близких...

Плачет жалобно скрипка. О том ли, мой друг скрипач,

Как аидыше мама пыталась зубрить английский?

Все идут на работу, а мама сидит одна,

Как послушная девочка пишет в тетрадь глаголы.

Времена не даются... Нелёгкие времена

Для сменивших страну, начинающих новосёлов!

У аидыше папы ночами болит плечо.

На занозистых тропках срываются в слёзы дочки.

С младшей будто- бы легче,- чудесный растёт внучок!

А вторая поныне парит в облаках и строчках.

И ничем не помочь, не спасти от чужого зла.

Всё труды и заботы,- на всё не хватает суток...

Но аидыше мама берётся учить компьютер

И сдаёт на права...Между прочем, уже сдала!

 

К содержанию           |          Все поэты

 

Родителям

 

Они несутся в легком вальсе

Сквозь временные расстоянья.

Почти в религиозном трансе

Тела их слиты и дыханье.

В полумолитвенном восторге

Они единый ритм находят.

И дела нету им нисколько

До вянущей с годами плоти.

Они глядят благоговейно

Сквозь навернувшиеся слезы.

И смысл открыток юбилейных

Вдруг стал пронзительно серьезен.

И музыка, от слез слепая,

Несет их медленно к истокам.

И юность счастьем проступает

На лицах просветленно-строгих.

А мы, которые причастны

К вдруг состоявшемуся счастью,

Невольной завистью несчастны,

Но счастливы своим участьем.

Как будто нет ни дрязг, ни сплетен,

Лишь чувство близости живое,

Лишь вальс, не правда ль, он бессмертен?

 

            И как прекрасны эти двое!К содержанию           |          Все поэты

Робику

 

Как хорошо, когда временем лоб не жеван,

И, как сезам сокровищ, у ног земля!

Маленький принц вырастает в принца большого,

И постепенно вырастет в короля.

Я не завидую детям. Все справедливо.

Я лишь беззвучно молю, губу закусив:

Маленький принц! Ну, пожалуйста, будь счастливым!

Как же ты нежен, маленький, как красив!

Слишком уж нежен И рвешься, как все, в герои

Царская прихоть водить за собой войска.

Сколько царей полегло при осаде Трои!

Скольких их жен заедала потом тоска!

Спазмами страхи. Не выдохнуть. Стало душно.

В каждой эпохе щетина колючих стрел.

Будь осмотрительным принц, но не будь послушным,

Счастье добыча того, кто упрям и смел.

Лишь непослушные могут рвать сухожилья,

Чтоб покорить неприступный для прочих Рим.

Нас поднимают в воздух не наши крылья.

Нас поднимает вера, что мы взлетим.

Грива волос превратится в седые космы

Годы уходят, как будто вода в дуршлаг.

Мальчик! Не дай тебе Бог осознать, что поздно.

Не долюбил. Не дожил. А жизнь прошла.

 

К содержанию           |          Все поэты

Воистину хляби разверзлись над городом нашим

***

Воистину хляби разверзлись над городом нашим:

Потоком единым, вернее потопом единым

Безумное небо обрушилось сверху и пляшет

Пытаясь асфальт раздробить каблучками дождинок.

Так пляшут святоши, бесплодно прождавшие принца,

Поставив на танец последний, как ставят на карту.

Так пляшут во время чумы, чтобы просто забыться,

Без всякой надежды, без проблеска веры в завтра.

Чего дожидаться? Есть миг. Он безумен и краток.

Есть бешенный ливень, смывающий к черту газоны

А завтра приходит сиянием солнца и радуг,

И как газировка, щекуще пахнет озоном.

 

К содержанию           |          Все поэты

 

А. Быстрицкому

 

Коллега сатирик мечтает о лаврах Пьеро,  
В аккорды его просочились дожди и закаты.
 
А бедный Пьеро свою ручку сжевал от досады,
 
Пытаясь острить также дерзко, свежо и остро...
 
 
Пронзительный лирик, привычный к туманной среде,
 
К ритмическим вздохам о смутных невнятных полётах,
 
Как язвенник смотрит на сочную плоть анекдота:
 
И впился б зубами, да зубы к несчастью не те!
 
 
И впрямь, не блаженство ль гостить у папаши Рабле,
 
Вдыхая солёный с пошлинкою воздух сатиры,
 
Себя ощущая бесстыдно-здоровым задирой,
 
Ступающим прочно по выпукло-яркой земле.
 
 
Шутить, балагурить, с подобным попробуй, свяжись!
 
Смеётся над страстью, над властью, над тем и над этим.
 
Пусть шутка стареет быстрей, чем заметка в газете,
 
Да сказана метко, а долго ли тянется жизнь?
 
 
Не очень лирично? Не очень прилично? И пусть!
 
За радость приветствовать жизнь петушиным фальцетом,
 
О Муза печали! Прости за измену поэта!
 
Лети к юмористу! Дари ему томную грусть!

 

К содержанию           |          Все поэты